Православие Приамурья: Как создаются иконы? (+ТЕКСТ)

In Православие Приамурья by o.Venedikt

В выпуске — беседа с преподавателями иконописного класса Благовещенской епархии игуменьей Даниилой (Мясниковой) и Асей Шестаковой. Ведущая — Ольга Пасенкова.

Ведущая: В феврале в духовно-просветительском центре Благовещенской епархии открылся иконописной класс, а начинающие и уже опытные художники получили возможность попробовать себя в новом для них виде живописи, религиозной. О том, как проходят занятия и зачем Амурской области иконописцы, беседуем с игуменьей Даниилой, преподавателем иконописного класса. Здравствуйте, матушка Даниила. И у нас в студии еще один преподаватель этого же иконописного класса, Ася Григорьевна Шестакова. Здравствуйте. Давайте, наверное, матушка, начнем с вас нашу беседу, расскажите, для чего вообще собственно этот класс?

Игуменья Даниила (Мясникова): Для того, чтобы в Амурской области и вообще в Православной Церкви появились новые художники-иконописцы и чтобы наши храмы, в первую очередь храмы Амурской области, получили возможность украшать свои интерьеры действительно достойными профессиональными образами святых, Господа, Божьей Матери.

Ведущая: То есть все ваши выпускники, или ученики будут иметь возможность приложить свою руку в том или ином храме?

Игуменья Даниила (Мясникова): Конечно. Этот иконописный класс создавался как раз с той целью, что есть необходимость, очень серьезная необходимость на сегодняшний день иметь своих мастеров, профессиональных, с хорошей подготовкой, а не самоучек, не вольнодумцев, а именно с хорошей школой. Потому что храмы строятся, а те храмы, которые уже есть, сейчас ремонтируются, и каждый храм нуждается в хорошей росписи, живописи.

Ведущая: На сегодняшний день сложно найти хорошего живописца?

Игуменья Даниила (Мясникова) :Да, сложно, причем не только у нас, но и в Центральной России. Хороших иконописцев всегда немного, как и хороших мастеров, а в нашей области эта проблема стоит еще более остро.

Ведущая: Сколько сегодня учеников в школе иконописи?

Ася Шестакова: Ну вот у меня сейчас трое, которые уже чему-то научились, а у матушки еще есть ученики, которые работают на дому и потом приносят, показывают свои работы. Когда они будут готовы, то перейдут уже в класс. Я думаю, что матушка расскажет.

Ведущая: Что, даже заочная какая-то школа есть?

Игуменья Даниила (Мясникова): Нам пришлось начать в такой заочной форме обучение, поскольку наш духовно-просветительский центр начал работать только с прошлого года, и мы вошли в голые стены. А иконописная мастерская, она всегда связана с мольбертами, красками, растворителями, массой каких-то материалов, которые, допустим, здесь в Амурской области на сегодняшний день купить невозможно, очень многое приходится везти из Центральной России.

Пока сейчас все это собирается, чтобы процесс не тормозить, мы начали обучение как раз таким заочным методом. Нам в любом случае пришлось бы с этого начать, потому что каждый иконописец должен пройти какие-то этапы обучения, и начинается это все как раз с копий, обучение шрифту, потому что на каждой иконе присутствует рукописный шрифт, какие-то элементы каллиграфии даже.

Ведущая: Но это тоже сложно?

Игуменья Даниила (Мясникова): Это тоже искусство. Сейчас многие наши ученики, у них уже собралось по папочке работ, мы уже смотрим, как нам дальше продолжать наш процесс, кому какие задания дальше давать, и буквально в ближайшее время мы уже перейдем на написание красками настоящих икон.

Ведущая: А сколько у вас учеников?

Игуменья Даниила (Мясникова): Всего в нашей мастерской около шести человек.

Ведущая: Я так понимаю, что два преподавателя, вы вдвоем преподаете?

Игуменья Даниила (Мясникова): У нас мастерская будет такая универсальная. Кто немножко знаком с иконописью, знает что в иконописи два направления – это традиционная темперная, так называемого византийского стиля иконопись, которая берет начало еще с времен Византии, и постепенно вот этот стиль отрабатывался, потом его переняла Русь, на Руси уже наложились какие-то особенности и дошли до сегодняшнего дня. А параллельно развивался еще и стиль живописной иконы, и когда была открыта масляная живопись вообще среди живописцев, то иконописцы стали пробовать писать иконы еще в таком стиле.

Ведущая: То есть масляными красками.

Игуменья Даниила (Мясникова): Да, и сама техника живописи имеет какие-то стилевые особенности. Поэтому к началу двадцатого века были два таких отличающихся направления — византийский стиль и живописные иконы, так называемый академический стиль в иконописи. И наша задача, чтобы наши ученики владели и той, и другой техникой.

Ведущая: Поэтому вы преподаете разные техники?

Игуменья Даниила (Мясникова): Да, потому что я, допустим, большая знакома с техникой живописной, а Ася — мастер в темперной иконописи.

Ведущая: Вообще очень интересна темперная техника, расскажите о ней, как сейчас готовятся эти краски?

Ася Шестакова: Ну сейчас мы закупаем краски в виде порошка, мы камни сами не готовим, как во времена Андрея Рублева, сейчас уже намного проще. Эти краски растираются, ну я их растираю сначала на воде, а потом добавляю эмульсию, эмульсия делается на яичном желтке, либо с вином, либо с пивом, там есть секреты свои…

Ведущая: Да вы что? Учите всем этим секретам вина, пива?

Ася Шестакова: Да. Также у нас есть техника наложения золота, надо правильно положить золото, и уже красками растертыми…

Ведущая: А вот это откуда у вас такие рецепты и вот эти знания?

Ася Шестакова: Школа. Ну я вообще-то закончила керамику, это АХПУ, потом педагогический, и при храмах Москвы училась иконописи, там есть иконописные школы, и у частных иконописцев, и работая с частными иконописцами Москвы и Подмосковья приобрела опыт.

Ведущая: И вот уже можно показать первые работы?

Ася Шестакова: Да, можно, вот, например, показываем своим ученикам, я сделала пособие.

Ведущая: Здесь что использовано?

Ася Шестакова: Это настоящее золото сусальное здесь кладется, есть специальные тонкие пластинки, делается рисунок сначала, это по законам рисунка, потом берутся соответствующие цвета, подходящие, и делается роскрыш. Для лика используется санкири, санкири — это темная основа, и потом уже высветляется на лике, по рисунку как должно быть, методом высветления по темному.

Ведущая: А вот эти краски… если раньше писались иконы, они хранились просто веками, и с краской ничего не происходило. Сейчас это так же?

Ася Шестакова: В общем-то да. Это настоящий камень растертый, если он натуральный, он не испортится.

Ведущая: Матушка, а на сколько рассчитан это так класс, школа, когда ее можно закончить, поступив, отучившись два, три года? Есть такие границы?

Игуменья Даниила (Мясникова): Какие-то необходимые знания можно получить, как мы планируем, за три-четыре года, чтобы человек уже самостоятельно мог написать икону. Но на самом деле, конечно, так как в каждом искусстве, этот процесс на всю жизнь. Человек совершенствуются, и он уже лет через двадцать чувствует себя прочно вставшим на ноги.

Ведущая: А как вы берете в школу? Это уже состоявшиеся люди, или просто те, кто кисточку ни разу не держал, но говорит, ну хочу рисовать?

Игуменья Даниила (Мясникова): Берем всех. Экзаменатором у нас является серьезность намерений, потому что подавших заявление в иконописный класс было гораздо больше, чем сейчас.

Ведущая: А сколько было?

Игуменья Даниила (Мясникова): Были чуть больше десяти человек, из них осталось шестеро, часть людей не смогли прийти по какой-то житейской загруженности, кто-то  просто передумал. Поэтому мы открываем двери всем, а дальше уже…

Ведущая: Остаются те, кому нужно.

Игуменья Даниила (Мясникова): Ну конечно. Это тяжелый, кропотливый труд, поэтому люди уже сами определяются, будут они этим заниматься или не будут.

Ведущая: Давайте еще поговорим, как вот создаются иконы. Это уже известные лики святых или это может быть какой-то простор фантазии?

Игуменья Даниила (Мясникова): Конечно, это веками сложившаяся традиция. Вот когда верующий человек приходит в храм, он уже примерно представляет, как должен выглядеть Господь наш Иисус Христос, как должна выглядеть Божья Матерь, а как тот или иной святой. Икона должны быть узнаваемой для верующего человека. Есть какие-то особенности, которые обязательно присущи той или иной личности. Допустим, первая икона Спасителя появилась еще при Его земной жизни, православные христиане знают ее как «Нерукотворный образ». Это исторический факт, когда Спаситель встретил живописца, приехавшего по просьбе своего господина. Он пытался написать лик Спасителя, но у него не получалось. И тогда Спаситель взял просто кусок чистой ткани, отер им Свое лицо, и на этой ткани отобразился Его лик. И вот этот лик послужил первообразом.

Ведущая: То есть это была первая икона?

Игуменья Даниила (Мясникова): Да! Почему называется она нерукотворной? Остальные образы были уже рукотворные. Божию Матерь писали как портретные изображения. Есть предание, что первые иконы Божьей Матери — это были просто с Нее написанные изображения.

Ведущая: При жизни тоже?

Игуменья Даниила (Мясникова): Людей, которые Ее видели. Возможно, при жизни, может быть, по памяти, но тех людей, которые Ее видели воочию. А потом эти особенности ликов, образов передавались из поколения в поколение.

Ведущая: То есть это уже устоявшиеся образы?

Игуменья Даниила (Мясникова): И также образы святых. Каких-то святых писали еще люди, которые помнили, как они выглядели при жизни. Допустим, каких-то святых, которые прославились в девятнадцатом-двадцатом веке, допустим, новомученики, сохранились даже их прижизненные фотографии. И на этих изображениях основывается как раз иконография и каноны изображений.

Ведущая: Сколько уходит времени на написание одной иконы, вот, скажем, в таком стиле и маслом?

Ася Шестакова: По-разному, ну вот, например, там две недели у меня.

Ведущая: Это же связано с технологическим процессом, где-то что-то сохнет, где-то что-то…

Игуменья Даниила (Мясникова): Да-да-да.

Ведущая: А вот масляными красками?

Игуменья Даниила (Мясникова):Зависит от размера работы и от сложности работы.

Ведущая: Кто может стать иконописцем? Это должен быть верующий человек, крещеный, ходящий в церковь регулярно, постоянно, или нет таких требований?

Ася Шестакова: Нужно взять благословение, и я думаю, что все-таки должен быть человек верующий, потому что икона, как и Евангелие, как и Священное Писание, она передает образно Священное Писание, это же самое Священное писание, только в образе. Я думаю, что если человек неверующий, то как он передаст Священное Писание, если он его даже не читал?

Ведущая: Если он достаточно хороший художник, то почему нет?

Ася Шестакова: Нужно все равно иметь благословение от священника, чтобы писать иконы.

Ведущая: Но получить благословение, наверное, сложно некрещеному или неверующему, или это возможно?

Игуменья Даниила (Мясникова): На самом деле, как говорится в Церкви, душа человека всегда по природе христианка, поэтому мы не закрываем двери ни перед кем, если у человека вдруг вспыхивает это желание, если человек начинает рваться писать иконы, мы ему даем возможность попробовать. Очень часто, что личность человека как христианина растет параллельно с его мастерством. Бывает, что человек просто «входит» в церковь благодаря живописи, но это очень органично происходит. Нельзя разделить. Это как какие требования должны быть к человеку, чтобы он писал музыку. Элементарно, чтобы у него был музыкальный слух. Здесь то же самое. Кто-то начинает заниматься, допустим, хоровым пением, и слух начинает подтягиваться.

Ведущая: Прорезаться начинает.

Игуменья Даниила (Мясникова): Да, совершенно верно!

Ведущая: Хорошо, вот смотрите, если раньше икона это была какая-то редкость, то сейчас, с развитием технологий, с развитием интернета, икона перестала быть редкостью, ее печатают и на холстах, и на бумаге, и на банерной ткани, ее даже вышивают и продают в магазинах в виде ковров. Вот как вы относитесь к этому уже как профессиональная художница, иконописец? Это нормально вообще?

Игуменья Даниила (Мясникова): В какой-то степени это сейчас необходимая мера, технику подключают, чтобы выручить, допустим, бедные храмы, у которых нет возможности заказать роспись у профессионального иконописца.

Ведущая: То есть это выход из положения?

Игуменья Даниила (Мясникова): Это выход из положения. Можно, допустим, собрать хорошие иконописные образцы, их скопировать с помощью техники и с хорошим качеством, и вот в такой технике выполнить иконы. Сейчас очень многие храмы выходят из положения таким образом. Писать иконы, особенно для всего храма, это процесс длительный. Иконописцев сейчас мало, и они при всем желании не смогут обеспечить все открывающиеся храмы достойными образами. Поэтому, с одной стороны, это подспорье для православных храмов…

Ведущая: То есть распечатали на баннере, и как-то закрыли все это?

Игуменья Даниила (Мясникова):Да, тем более по стоимости это получается гораздо дешевле, чем вручную написанная икона.

Ведущая: Но, тем не менее, потом все равно храм старается как-то….

Игуменья Даниила (Мясникова): Ну конечно, в любом случае, это временные меры. Потому что подразумевается, что когда-то, там, через пять, через десять лет у прихода будет возможность все-таки написать иконы индивидуально для храма. Какие бы ни были хорошие образцы, очень печально, когда в каждом храме одни и те же иконы, хочется какой-то особенности, индивидуальности. каждый человек должен найти свой образ в храме.

Ведущая: И вот еще есть такой момент, когда иконы, лики святых печатают на календарях, в общем, с числами, картинки в газетах, журналах, в общем, массовое использование ликов святых. А потом, извините, все это приходит в негодность, бумага, газета портится и выбрасывается. Здесь насколько вообще уместна вот такая печать?

Игуменья Даниила (Мясникова): Она уместна, просто каждый священник знает эту проблему и по возможности объясняет прихожанам, как поступать в таких случаях, когда такое вот священное изображение приходит в негодность, как с ним грамотно поступить, чтобы это не превратилось в поругание святыни. Люди неверующие, которые балуются подобными изображениями, неблагоговейно к ним относятся, но что делать? Это остается.

Ведущая: А как учит священник, как поступать, что нужно делать?

Игуменья Даниила (Мясникова): Есть такое положение, что вот такого плана священные предметы, или там тексты, допустим, какие-то, в которых существуют выдержки из Священного Писания, какие-то изображение, уже пришедшие в негодность, они либо сжигаются в чистом месте, и пепел затем тоже высыпается в чистое место, не попираемое ногами. Либо, если этот предмет не горюч, он закапывается в чистом месте, где-то в глухом лесу, либо можно его утопить в каком-то чистом водоеме. То есть тоже предмет заканчивает свою такую земную жизнь просто в чистом месте.

Ведущая: То, что касается школы иконописи. Вот сейчас это при Благовещенской епархии, и только в Благовещенске могут этим заняться люди. Но есть же наверняка много умельцев у нас, художников, по другим городам и весям, как вот им быть? Не наездишься же сюда. Есть еще где-то при храмах еще подобные школы?

Игуменья Даниила (Мясникова): Насколько я знаю, пока нет. Потому что они могут быть там, где есть свои мастера-иконописцы, которые могут просто создать свою мастерскую, и собирать потихоньку помощников, учеников, и это все начинает превращаться уже в школу. Но пока у нас таких специалистов нет. Среди наших учеников есть и ученица из Белогорска.

Ведущая: Они ездят.

Игуменья Даниила (Мясникова): Да, ездят. Желание сильное.

Ведущая: Главное – желание. А школа продолжает работать, и вы, наверняка, принимаете новых, да? Приходят люди?

Игуменья Даниила (Мясникова): Конечно, приходят люди, потихоньку приходят. И мы надеемся, что люди еще будут потихоньку подходить, потому что появятся работы, мы сможем уже показать, какого уровня у нас достигают люди, что можно сделать с нуля, потому есть люди, которые действительно нуля приходят.

Ведущая: Ну а есть те, которые, может быть, хотят посвятить этому жизнь, и потом, даже не знаю, трудоустроиться, может быть, при храме, работать, получать денежки? Есть такие намерения? И вообще, могут ли ваши выпускники именно вот так как-то себе еще и на жизнь зарабатывать?

Игуменья Даниила (Мясникова): Конечно, на это и рассчитано. Как и любой другой художник, человек, серьезно посвятивший себя живописи, он живет с этого. Тем более работы у нас сейчас непочатый край во всем нашем Амурском крае.

Ведущая: А есть такие работы, которые вот непосредственно характерны для Амурской области? И пишите ли вы их?

Игуменья Даниила (Мясникова): Конечно, для каждой области есть какие-то свои особенные образы. Это, в первую очередь, Албазинская икона Божией Матери. Сейчас вот будем прорабатывать образы тех новомучеников, которые пострадали в нашей Амурской области. Это образ старца Гермогена, который принес Албазинскую икону в наш край. Его канонизировали на местном уровне, и сейчас мы разрабатывать будем тоже его образ.

Ведущая: Хорошо, еще какие планы? Есть еще какие-нибудь такие серьезные намерения?

Игуменья Даниила (Мясникова): Ну, вот в рамках учебного процесса, чем больше у нас будет хороших мастеров, тем интереснее будет. У каждого иконописца свой подход. Наверняка появятся среди амурчан такие художники. Судя по работам детских художественных школ, талантливых людей здесь море, причем очень талантливых. Дети рисуют просто потрясающе.

Ведущая: Детей будете привлекать к себе, в свою школу?

Игуменья Даниила (Мясникова): Не то, чтобы привлекать, будем обязательно рассказывать, показывать, что можно писать, чему можно посвятить свою жизнь, не просто отучиться в художественной школе, а дальше всё, пошел работать в магазин на кассу. Художник без практики, он умирает как художник.

Ведущая: Поможет епархия дальше в продвижении таких талантливых людей? Трудоустроиться? То есть не на кассу в магазин, а вот по направлению.

Игуменья Даниила (Мясникова): Обязательно. Трудоустройство у нас по всем храмам Амурской области, по всем приходам.

Ведущая: То есть работы много, художников мало?

Игуменья Даниила (Мясникова): Работы море.

Ася Шестакова: Главное, чтобы они учились и старались, посвятили этому очень много времени, это не просто так, и не за один-два дня. Надо будет годы. Если человек серьезно подойдет к этому делу, он будет иконописцем, и работа есть, только надо труд.

Ведущая: Хорошо, спасибо. А я напомню, что сегодня мы говорили о том, что при Благовещенской епархии работает школа иконописи, и достаточно успешно работает, и в ней есть очень талантливые ученики. А у нас в студии были преподаватели школы иконописи, это игуменья Даниила и Ася Шестакова. Спасибо вам!