Православие Приамурья: Как говорить о вере в интернете? (+ТЕКСТ)

In Православие Приамурья by o.Venedikt

В новом выпуске программы – беседа с православным блогером Ольгой Тур о том, как интернет может помочь донести до людей простые христианские истины. Ведущая – Дана Чернышова.

Ведущая: Православие в массы посредством интернета – сегодня говорим об этом. У нас в гостях главный бухгалтер Благовещенской епархии и казначей храма в честь иконы Божией Матери «Всех скобящих Радость» Ольга Григорьевна Тур.

Ольга Григорьевна, здравствуйте!  Вы у нас, получается, и бухгалтер, и казначей, да еще и блогер одного из самых известных порталов Амурской области, у вас большая практика, давайте вернемся в прошлое – с чего все началось, когда вы начали писать свои первые материалы?

Ольга Тур: Все начиналось с участия в форумах, хотелось что-то сказать-высказать, потом была народным блогером на одном из порталов, потом перешла на еще один сайт и стала уже не народным, а обычным блогером. А начиналось все у меня с народных проектов вроде «Снегурочки» — просто хотелось поделиться воспоминаниями, как мы жили в советском детстве…

Ведущая: Это был благотворительный проект, когда вы собирали деньги на установку памятника…

Ольга Тур: Да, это был благотворительный проект, мы назвали его «Народный проект «Снегурочка», зарегистрировали общественную организацию с одноименным названием вместе с группой единомышленников – так и пошло.

Ведущая: Я помню, Вы там писали, сколько удалось собрать денег, то есть люди могли узнать из первых уст о том, какие уже есть сдвиги, а вот именно на православную тему когда стали писать? Это уже потом, само собой пришло?

Ольга Тур: Просто люди знают, что я человек православный. Хотя иной раз пишешь блог на одну тему, а люди начинают задавать вопросы в контексте того, как мол, вы, православные, на это реагируете? Как можно с вашей точки зрения оценить тот или иной момент. Ну а когда начинаешь отвечать, уже поступают какие-то вопросы, какие-то рассказы, так и идет все дальше и дальше.

Я писала и на православные темы, описывала праздники Православной Церкви, потом был достаточно большой цикл, который назывался «Прогулка по Благовещенску», я описывала памятники истории и архитектуры, которые есть в нашем городе. Мне самой этот проект был очень интересен, я просто с фотоаппаратом исшагала весь город, в любую погоду, и так набрела на здание женского епархиального училища с какой-то непонятной пристройкой, ходила вокруг этой пристройки, а спустя три года эта пристройка стала нашим храмом в честь  иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость».

Ведущая: Был очень интересный пост с момента, когда в храме началась реконструкция, Вы выложили и фотографии, что были найдены какие-то старинные вещи, по крайней мере, начала XX века и советской эпохи, те же бутылки из-под газировки, чернильницы и что-то еще…

Ольга Тур: Да, тапочки 30-х годов, стенгазеты. Там действительно было два уровня пола, и когда сняли один уровень, под ним просто была помойка, у меня было впечатление, что весь хлам со всей территории сгрудили и под пол спрятали, чтобы не убирать.

А потом, когда сняли второй уровень, там уже была просто земля, грунт, видимо чистили перед тем, как следующие полы настилать, но в одном из углов мы нашли маленькие тапочки, как мы их называли раньше, чешки, кожаные, но они были на шнурочках, не на резиночках — старые-престарые, древние-предревние. Вот это было интересно.

Ну и чернильница была советских времен, ручка с перышком, карандашик «Пионер», то есть наше советское детство. Стенгазета с таким буденовцем в буденовке нарисованным…

Ведущая: Причем, ведь было видно, что краски сохранились…

Ольга Тур: Да, там и краски и все сохранилось. Я ее до сих пор храню, но я и бутылки те древние храню.

Ведущая: Это какой-то мини-музей получается?

Ольга Тур: Получается, да. Когда мы зашли в храм, там было помещение – мы тогда не знали, что там был склеп, думали, что оформим, очистим, сделаем все красиво и разместим там музей, как реставрация шла храма, что найдено, какие-то фотографии выложим. Но потом поняли, что это бывшее место упокоения и поэтому нельзя ни в коем случае так поступать, и пока музей в мыслях, в мечтах, но помещения у нас под него пока нет.

Ведущая: Ольга Григорьевна, все знают, что Вы и про традиции и про какие-то обряды можете рассказать. О чем чаще всего спрашивали пользователи, читавшие Ваши посты?

Ольга Тур: К примеру, вчера меня спросили: «Вот существуют благочестивые традиции, но не является ли фарисейством, когда человек показушно крестится, когда в общественной столовой он начинает крестным знамением осенять пищу, вот, мол, сами вы так делаете?»

Я написала, что, конечно же есть традиция, и надо эти традиции уважать, чтить и соблюдать, я например, захожу в храм с покрытой головой, потому что молящиеся с непокрытой головой, постыжают свою голову, я стараюсь в храм приходить в юбке, потому что даже на прием к губернатору я стараюсь одеться поприличнее, не идти в джинсах, в рабочей одежде – это традиция, и никого не смущаешь.

Но если мне надо, например, в храм, а я в джинсах и без платка, но иду мимо храма, и мне надо зайти поблагодарить Бога, или попросить о чем-то кого-то из святых и Божию Матерь, я невзирая на одежду имею право зайти в любой храм, и никто не должен мне делать замечаний, потому что я прихожу к Богу.  Потому что храм – это место пребывания Бога, и никто не может запретить человеку прийти туда, где Бог. При этом каждый должен чувствовать за собой ответственность – все-таки в храме люди и надо этих людей уважать.

Ведущая: Ваши статьи всегда такие светлые и одухотворенные, и фотографии, которые их иллюстрируют, дают такой взгляд, как будто со стороны, словно вы даже не сами участник этого процесса, а немного отстраненны, и это очень хорошо воспринимается, потому что ненавязчиво. Даже если речь идет о каком-то субботнике,  людей это привлекает. Вы эту цель преследовали или это просто получается, от души?

Ольга Тур: Нет, я не преследую таких целей, но если объявляется какое-то мероприятие, я просто в нем участвую, я снимаю на память для себя, для тех людей, которые участвовали и для истории — вот это для меня важно. Потому что историческое событие происходит, и оно больше никогда не повторится. Вот в таком состоянии, в каком мы встретили храм «Всех скорбящих Радость, его уже никто не увидит, оно осталось только на фотографиях.

В каком состоянии мы встретили храм на Тополиной 80, бывший клуб железнодорожников — там кто только не собирался: и металлисты, и сатанисты, и сектанты. Территория была просто настолько запущена, что зайти туда было страшно! Сколько мы шприцов и прочего непотребства там собрали в мешки, но сейчас там чисто, красиво, и получается, что память короткая, быстро забывается, кажется, что так оно и было. Но на самом-то деле это ведь сделали люди верующие своими руками. Они ни от кого не ждали помощи, они ни у кого не просили денег, они из любви к Богу приходят и это делают.

Ведущая: А было так, что пришел человек и сказал бы: я почитал вашу статью и тоже захотел присоединиться к тому же субботнику?

Ольга Тур: Конечно, так было и буквально недавно. Просто девочка одна звонит и говорит, хочу чем-то помочь, Вы не организовываете никаких ярмарок на Пасху? Люди уже привыкли, что мы постоянно ярмарки организовываем, рождественские, и пасхальную в прошлом году проводили, я говорю, мол нет, у нас в храме текущий ремонт и невозможно ярмарку организовать, чтобы ее достойно, хорошо и широко провести, но если у вас есть желание помочь в ремонте, пожалуйста приходите! Говорит мне – обязательно приду! То есть люди хотят, откликаются, и нет такой границы верующий-неверующий, православный-неправославный…

Ведущая: Кстати, благодаря вашим постам люди узнают о том, куда они могут попасть, в те же отдаленные монастыри, где Вы побывали и могли рассказать о том, как протекает в них жизнь, может быть, даже подвигли кого-то на паломничество.

Ольга Тур: Ну да, я вот так побывала в Псково-Печерском монастыре, и впечатлений огромное множество, это было настолько потрясающе. Это единственный монастырь, который у нас сохранился неоскверненным во время советской власти. В нем сохранены традиции, несмотря на то, что он очень сильно пострадал, там было много разрушенного. Наш бывший архиепископ, владыка Гавриил, был там настоятелем, он нас с мужем и благословлял, вот мы и поехали, посмотрели, в каком состоянии был этот монастырь, посмотрели насколько там красиво, пещеры, иконы древние, древнейшие. Я об этом написала блог, выложила записи, и, конечно, люди откликнулись, было интересно.

Ездила в Санкт-Петербург, специально поехала, искала Бутуевский остров, чтобы посмотреть, каким же был наш Шадринский собор. Вот я зашла туда, просто села. Сидела и плакала. Эти закопченные стены, храм разделили на три яруса, там была мыловаренная фабрика, там остались следы межэтажных перекрытий, следы производства, которое там было. В храме был лифт, потом там был склад магазина и потом они начали реставрацию. Мэрия Санкт-Петербурга выделила деньги на фасад, фасад сделали очень красивым для туристов, а внутреннее состояние храма оставили прихожанам. Прихожан немного, но чудесным образом они нашли в антикварной лавке альбом со старинными фотографиями, как выглядел этот храм изнутри. Какие там были росписи, какие там были решетки, какие были иконы, каким был купольный барабан. Это потрясающей все красоты, хотя конечно, фотографии черно-белые, но представление дают. Одну фреску сохранили, на ней Христос воскрешает дочь Иаира — и настолько это красиво! Я представила, как же там было, и вот такую красоту у нас в городе разрушили. Просто взяли и снесли, не понравилась, мешала кому-то. Хоть бы под элеватор использовали, хоть как-то, но зачем же было в груду мусора превращать?

Ведущая: Ну тогда были такие времена, что не только у нас, но и по всей стране лишились храмов.

Ольга Тур: Да, конечно, множество храмов потрясающе-красивых все исчезло. Но сейчас вот есть воля у людей, есть желание, и активно идет возрождение.

Ведущая: Иногда в процессе обсуждения статьи люди совершенно меняют тему. Могут начать с субботника, а продолжить какими-то повседневными моментами или рассуждениями на тему того, как должны жить сейчас православные. Идет развитие общества, развитие интернет-технологий, и теперь уже и вера православная попадает в один шаг со всем этим обществом, в том числе и в интернете. О чем говорят? Есть ли какие-то вопросы, что, может быть, изменилось в Православной Церкви за это время?

Ольга Тур: Люди спрашивают о том, что для них интересно. Для обычного человека интересно что? Интересна семья, интересны личные отношения. В православной они области, в светской области, это то, что объединяет абсолютно всех людей. Мы все хотим жить счастливо. Все хотим жить в дружной семье. Все хотим иметь детей, все хотим, чтобы муж не изменял и жена не гуляла, все хотим, чтобы на работе было хорошо — как для этого надо жить? Что для этого надо делать? И люди ищут свои источники информации. Кто-то в одну сторону обращается, кто-то в другую, кто-то какие-то публикации ищет, а кто-то ищет истину в православии. А как православные относятся к этому? А как они в результате своего выбора живут?

Ведущая:  А может быть, действительно, изменилось что-то со временем, например, взгляд Церкви на те же гражданские браки или еще какие-то общественные изменения?

Ольга Тур: Я говорю как частное лицо, не от всей Церкви, потому что я не священник, но изменения, конечно, есть. Сейчас практика такая, что гражданским браком называют брак, зарегистрированный в ЗАГСе, это сейчас уже все, наверное? знают. А то, что люди живут просто вместе, называется другими словами, и очень часто спрашивают, как Церковь к этому относится?

Относится с сожалением, относится как к заблуждению человеческому, потому что, в конечном итоге, люди все-таки страдают от таких отношений, у них нет стабильности, у них в уязвленном состоянии оказываются дети — то ли ты папин, то ли ты мамин, потому что нет семьи, а у родителей нет полной ответственности. Семья – это же союз двух людей, и если люди вступают в такой незарегистрированный союз, они уже изначально не гарантируют друг другу никакой верности, стабильности. Чего же хотеть потом, если мы все знаем, что вот то первое – оно самое высокое, самое возвышенное, самое яркое? И если мы даже в этом ярком не можем довериться до конца друг другу, то чего потом ждать, когда наступает рутина, когда наступают будни, когда наступают болезни, и появляются детки, и надо за ними ухаживать? Усталость и у мамы, и у папы, и появляется естественное раздражение, и тут уже вот этим одним юношеским пожаром не спасешься — нужна какая-то основа, надо, чтобы все знали, что это твоя жена, что это твой муж, а если вы никто друг другу, то, по сути, вы чужие люди и все.

Очень многие не выдерживают, и женщина в этом положении всегда более уязвима, чем мужчина. Но все-таки когда с Божьим благословением производится брак, когда совершается венчание, когда люди воцерковленные, когда они вместе идут в храм, когда они потом приводят в храм своего ребенка, это очень скрепляет семью, это получается как бы маленькая домашняя церковь. Они друг за друга молятся, они друг друга поддерживают. Они воспитывают ребенка в православном духе, в духе любви, в духе почитания родителей, в духе понимания, что у каждого свой статус в семье, свое место, что ребенок не должен командовать направо и налево мамой и папой, и папа не должен обижать маму, потому что ребенок это видит, и это образ для подражания.

Ведущая: Однако есть еще и обратная сторона всего этого действия, если мы говорим про интернет-общение, знаю, что в вашей жизни был такой момент, что вы уже были практически готов отказаться от написания статей, потому что была неоднозначная реакция. Писали какие-то гадкие комментарии, вот по этой части, какие это были темы, на что так остро и болезненно реагировали люди?

Ольга Тур: Люди реагировали болезненно, когда сложилась ситуация с подготовкой места под строительство будущего храма в микрорайоне. Но там было настолько очевидно, что это было искусственно сформированное народное мнение… Я просто написала свой блог о том, как люди пришли на субботник, как убрали, что будет храм, что все хорошо, и  потом, с какой-то точки так раз – и пошло разрастаться.

Но я же не только сижу на одном из местных порталов, я же читаю интернет, вижу, что аналогичная ситуация происходит во множестве городов. Речь идет не о том, что убрали сквер, речь идет о том, что некоторые люди не хотят, чтобы были храмы, не хотят, чтобы были места почитания Бога, и тут поводом является убирание деревьев, а причиной является вера людей, православие, таинства — они не хотят этого, и все. Конечно, тогда достаточно большой гнет пришлось вынести. Но я понимаю, что те несколько человек, которые заводят это, которые сами под разными никами заходят — их незначительное число, а в основном, те люди, которые нуждаются в Церкви, в храме, они не выходят в интернет.

Ведущая: Но они в своем мнении остались бы неизменны…

Ольга Тур: Конечно, остались бы неизменными. Приходилось реагировать на это, конечно, но я понимаю, что все люди – люди. Все имеют право заблуждаться и не все обязаны быть православными, потому что вера, вообще-то, – дар Божий.

Ведущая: А вы удаляете негативные комментарии?

Ольга Тур: Раньше удаляла… Знаете, какие я удаляю комментарии? Вот про меня пишите все, что хотите, я к этому абсолютно нормально отношусь, и это даже заметили мои комментаторы. Но я крайне негативно, категорично и резко отношусь к тому, когда оскорбляют святыни. Когда начинают ругать веру, когда начинают ругать верующих людей, когда начинают глумиться над святынями, над тем, что для других людей духовно свято и чисто и должно быть непорочно – эти комментарии я удаляю беспощадно.

Ведущая: Эта информация, которая везде муссировалась в прессе, она имела последствия – были споры, споры, споры, и в итоге крест на месте строительства спилили, то есть нашлись те, кто решил таким образом выразить свой протест…  Вот здесь вопрос – как оценить, сколько вообще должно быть православия, достаточна ли такая информация, сколько должно быть других тем, политики, например, экономики?

Ольга Тур: Понимаете, нельзя дозировать, сколько его должно быть, православия. Вы имеете в виду, сколько достаточно храмов? Просто был уже такой вопрос. Храмы строились там, где возникала потребность у людей. Сначала люди, то есть Церковь из людей, а потом уже церковь как здание. Вот в микрорайоне назрела острая необходимость для строительства этого храма, потому что там живет уже около 30 или 40 тысяч человек, микрорайон расширяется, и я знаю, что владыке Лукиану писали очень много людей письма, что, пожалуйста, сделайте нам в доступности храм, чтобы нам не ездить через весь город. Потому что кто-то с детьми, кто-то болящие, кто-то инвалиды, очень много людей приезжают в областную больницу, и им некуда идти, а люди умирают, где их отпевать? А люди венчаются, почему они должны искать храмы по городу?

Ведущая: Если уж заговорили о семейной жизни, тут получается и главный бухгалтер, и казначей храма, здесь еще и мама, и жена, и бабушка. Как удается все совмещать, еще и писать?

Ольга Тур: Просто день начинается — и вот что в этот день выпадает, то и делаю.

Ведущая: То есть сегодня одна роль, завтра другая?

Ольга Тур: Нет, не роль. Я могу в один день быть и бухгалтером, и казначеем, и бабушкой, и мамой, и женой. Другое дело, сколько времени я трачу на свою определенную роль. Если я на работе чего-то не успеваю за день, к примеру, чего-то ответила в блогах в рабочее время, могу посидеть и до девяти вечера, потому что уже посетителей нет, можно спокойно сделать свою работу. Храмом я занимаюсь, когда я бываю в храме – это суббота-воскресенье. Внуком я занимаюсь, когда его привезут. Вот недавно мы с ним вечером лепили вареники – очень интересно. Учу его, как лепить варенички, он у меня катает скалочкой, командует мне: «Катай, баба!»

Ведущая: Бывает так, что родные требуют прекратить уже сидеть в интернете?

Ольга Тур: К счастью, нет. Муж меня понимает, я с ним очень часто советуюсь, и он меня часто останавливает. Я иной раз, напишу, напишу, потом говорю: «Ай, я тебе прочитаю» он говорит: «Убери, этого нельзя, ты можешь кого-то обидеть!» Вот мне с супругом повезло, он у меня вроде цензора, хотя сейчас это уже и не надо. Уже сама научилась еще раз с холодной головой прочитывать, потому что цель ведь не обидеть кого-то, а ответить достойно.

Ведущая: А в чем состоит ваша работа как бухгалтера епархии?

Ольга Тур: Ну, у нас в епархии более 60 православных приходов, и в каждом храме есть свой казначей, я ими всеми руковожу, они все ко мне звонят, они все со мной консультируются. Вот сейчас отчетность идет, в Минюст надо сдавать, а во многих деревнях элементарно нет интернета. Во многих поселках уровень знаний казначеев не настолько высок, чтобы они могла зайти на сайт, заполнить необходимые формы для регистрации, чтобы опубликовать всю необходимую информацию на сайте Минюста, и я это делаю сама.

Ведущая: Это очень интересная тема, потому что прихожане, они наверняка никогда даже об этом и не думают!

Ольга Тур: Они об этом не думают, это головная боль казначея. Но поскольку мы живем в государстве, и Писание нам говорит: «Всякая душа да будет покорна властям», мы абсолютно соблюдаем гражданское законодательство в той части, если оно не задевает духовную сферу.

Ведущая: А что вы там размещаете? Доходы?

Ольга Тур: Ну да, доходы, но они у нас из чего складываются? Пожертвования от приходов на содержание епархии. За счет этих доходов мы какие-то юридические дела мы оформляем, существует пресс-служба, миссионерский отдел, богословские курсы, мы осуществляем какие-то ремонтные работы, покупаем оборудование мультимедийное, чтобы на тех же курсах показывать фильмы, чтобы люди могли там заниматься. Расходы достаточно большие. При этом епархия сама непосредственно участвует в строительстве монастырей: в Троицком строится мужской, в Среднебелой женский монастырь, огромные вложения идут туда, приходы поддерживают, вот аккумулировать это, все это посчитать, все это правильно распределить, все расчеты с поставщиками, вся отчетность, заработная плата – это все на мне.

Ведущая: Про заработную плату: Кто получает зарплату в Благовещенской епархии?

Ольга Тур: В Благовещенской епархии получает зарплату правящий архиерей, бухгалтер, специалисты отделов. Священники получают заработную плату в пределах средней зарплаты по региону, среднего персонала, примерно как учитель в школе, 15-18 тысяч, где-то так. С нее идут отчисления в пенсионный фонд, все налоговые платежи, остатки батюшка несет в семью.

Ведущая: Обычно на предприятии с учетом инфляции каждый год заработную плату поднимают, как у вас?

Ольга Тур: У нас не поднимают, наоборот, мы стараемся опустить,  даже сейчас на епархиальном складе походило тотальное распространение всего того, что у нас там было, потому что у людей сложное финансовое положение, и они часто не в состоянии себе купить икону, купить какую-то интересную книгу, поэтому правящий архиерей принял такое решение, что мы сейчас снижаем цены для того, чтобы это было доступно для людей.

Ведущая: Я правильно поняла, что все приходы, все церкви и все, кто в них служит, – это все на пожертвования?

Ольга Тур: Конечно, ни в одном бюджете вы не найдете строчку типа «на содержание православного учебного центра» или «на содержание такого-то прихода» — этого нет.

Ведущая: Спасибо, Ольга Григорьевна, за информацию, действительно, об этом не все знают, но большинству амурчан наверняка хотелось узнать. Мы сегодня говорили про продвижение православия в массы посредством интернета. У нас в гостях была главный бухгалтер Благовещенской епархии, казначей храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» Ольга Тур.

ВСЕ ВЫПУСКИ