Благовещенск в августе 1900 года: свидетельства о чуде

Анна Лиманская Статьи

«О сборе пожертвований на устройство кафедрального собора в г. Благовещенске» (Самарские епархиальные ведомости № 24, 15 декабря 1903, с.347-353)

Поделиться статьей

Самарская духовная консистория слушали: отношение епископа Приамурского и Благовещенского Никодима от 28 августа сего года за № 4242, в коем, сообщая о намерении возблагодарить Господа за чудесное спасение города Благовещенска от нападения китайцев устройством нового кафедрального собора во имя Божией Матери, Преосвященный Приамурский просит прийти на помощь жителя далекой окраины пожертвованиями на построение кафедрального собора в городе Благовещенске.
При отношении приложено следующее воззвание:


Епископ Приамурский и Благовещенский Никодим (Боков):

Оборона Благовещенска в 1900 году
    • В 1900-1906 гг. — епископ Приамурский и Благовещенский. До назначения на эту кафедру был викарием Вятской епархии и служил на территории современной Удмуртии.

 

    • Талантливый администратор, выдающийся просветитель, катехизатор, миссионер, автор многочисленных трактатов о вере. Несмотря на занятость делами епархии, несколько раз в неделю проводил просветительские беседы и диспуты со староверами и сектантами в своем архиерейском доме.

 

    • Открыл первое на Амуре епархиальное женское училище в Благовещенске, создал первую церковную школу для учителей начальных народных училищ в с. Черемхово, благословил проведение первых педагогических курсов для учителей церковно-приходских школ.

 

    • Был главным идейным вдохновителем создания в Приамурье общежительных монастырей – мужского в Усть-Ивановке в честь Успения Божией Матери и женского в Благовещенске в честь Албазинской иконы Божией Матери.

 

    • Закончил свои дни епископом Астраханским. За месяц до смерти, наступившей от астмы и ее осложнений, провел блестящий диспут с баптистами на тему крещения младенцев, который продолжался до часу ночи и завершился тем, что оппоненты владыки с шумом покинули зал.

Три года назад город Благовещенск подвергся страшному бедствию. Соседний неверный и дикий народ китайцы, дотоле мирно относившийся к жителям г. Благовещенска, внезапно, без предварительного заявления о своей враждебности, сделал дикое на город нападение.

Не ожидавший войны и такого вероломного нападения город был беззащитен: он не имел ни достаточно войска, ни боевых снарядов, ни боевых укреплений, тогда как враг все это приготовил тайно в изобилии. Городу, при такой беззащитности, угрожала полная гибель, а населению полное истребление, со всеми возможными при этом ужасами дикого варварства, насилий, зверского издевательства и истязаний.

Вместе с гибелью города, угрожали поколебаться честь и слава нашего дорогого Отечества среди всех неверных народов Востока. Момент был страшный и полный смертельного отчаяния.

Но Господь, великий в милости и щедротах, явил великое чудо милости Своей над беззащитным городом.

Девятнадцать дней беспрерывно злобствовавший враг сыпал в город смертоносными снарядами – и однако никого, или почти никого, убитых.

Девятнадцать дней бросал он огонь в снарядах в город, при удушающем зное и сухости, — и однако город, почти весь построенный из дерева, остался цел и невредим.

Девятнадцать дней собор Богоматери был целью выстрелов на близком расстоянии – и однако ни один из разрушительных снарядов, даже не коснулся сего святилища Божия.

Девятнадцать дней враг видел пред собою совершенно обмелевшую от зноя реку – и однако, как бы удерживаемый какою-то неодолимою тайною силою, не дерзнул переправиться через нее, чтобы предать огню и мечу заведомо для него беззащитный город.

Видимо Матерь Божия, Покровительница сего города, имя величайшего события из жизни Которой он носит, стала за него Стеной Необоримою и закрыла его от диких врагов, внушая им непобедимый страх.

Умиляясь сердцем от сего дивного чуда милости Царицы Небесной, все мы жители города положили в своих сердцах святое намерение воздать за сие славу и благодарение ей, Необоримой нашей Заступнице, построением нового благолепного кафедрального собора во имя ея Благовещения, взамен существующего деревянного бедного, жалкого и пришедшего в крайнюю ветхость. Но одни мы, вследствие обеднения города и края от бывшей войны, не в силах совершить сие великое дело.

Посему, одушевляемые и вспомоществуемые данным нам благословением Св. Синода, с надеждой молим вас, возлюбленные братие православные христиане всей необъятной России, прийти к нам на помощь в увековечение сего чудного заступления Матери Божией, так дивно и всемощно спасшей наш город, а вместе с ним и честь, славу и мощь нашего дорогого отечества в глазах всех неверных народов Востока.


На отношении епископа Приамурского и Благовещенского резолюция Преосвященного Гурия последовала таковая:

Епископ Самарский и Ставропольский Гурий (Буртасовский)

Епископ Самарский и Ставропольский Гурий (Буртасовский), бывший в 1885-1892 гг. Преосвященным Благовещенской епархии
      • В 1885-1892 гг. — епископ Камчатский, Курильский и Благовещенский. До хиротонии в течение 5 лет проживал в Благовещенске, исполнял обязанности ректора Благовещенской духовной семинарии.

 

      • Деятельный миссионер, учредитель Православного братства Пресвятой Богородицы в Благовещенске, члены которого вели активную противосектантскую и просветительскую работу.

 

      • При епископе Гурии в столице Приамурья открылась богадельня для престарелых священников и церковнослужителей, был построен дом духовного ведомства для вдов и сирот, создан епархиальный книжный склад с отделениями по всей области.

 

      • После перевода на Самарскую кафедру в 1892 г. много сделал для развития церковно-приходских школ. По его поручению были собраны и опубликованы материалы по истории чудотворной иконы Божией Матери «Взыскание погибших» из Раковского Свято-Троицкого монастыря.

 

      • В 1897 году в Троицком соборе Александро-Невской лавры участвовал в хиротонии свт. Тихона (Белавина), будущего Святейшего Патриарха Московского, во епископа Люблинского.

Сооружение в Благовещенске нового кафедрального собора вместо существующего было предметом и моих усердных забот и попечений, как и моего предместника, епископа Мартиниана, которым и положено было начало сего сооружения, мною же оно было продолжено почти до окончания…

Но Богу не угодно было довершение оного: несмотря на техническую предусмотрительность и руководство в постройке каменного соборного храма, он дал значительную осадку верхнею своею частью вследствие ли несоразмерной постановки пилонов или вследствие нетвердого грунта, на котором последние были поставлены…. Волею-неволею пришлось осадившуюся часть здания разобрать, чтобы предупредить падение оной, что несомненно повредило бы внешние стены храма. В таком виде мною и оставлено было это недоконченное сооружение.

Недостроенный Благовещенский (Михаило-Архангельский) собор (1880)

Для меня было весьма прискорбно означенное происшествие и тем более, что я предлагал и усиленно настаивал на том, чтобы верхнюю часть, именно купол, соорудить из дерева, что и выгоднее было бы и легче; но строительная комиссия не пожелала воспользоваться этим предложением…

Так и стоит доселе это сооружение в недоконченном виде и Бог знает, что его ожидает впереди… Ужели развалины?!.. Было бы это весьма прискорбно. Достроить же оное невозможно, и средств потребовалось бы на это немного менее, чем соорудить новый храм. Все дело в средствах…

И тогда с великим трудом они изыскивались на месте, хотя в мое время служения на Амуре было там немало богатых из местных купцов и особенно золотопромышленников, но они почти не участвовали в сооружении означенного храма денежными пожертвованиями. Я, по крайней мере, ни от кого из них ни рубля не получал на это святое дело.

Правда, одна золотопромышленная компания [товарищество «Ельцов и Левашёв», с 1899 г.] пообещала мне пуд золота на соборный храм Богородицы, но обещание свое не выполнила при мне, хотя оно дано в важный момент и торжественно, именно тогда, когда представители оной явились ко мне для принятия благословения на начало дела по золотому промыслу на арендованной небольшой площади.

Я с глубоким чувством веры благословил эту компанию, во главе которой состоял староста кафедрального собора [купец Николай Ельцов], и молитвенно пожелал намыть в первый год десять пудов золота. От такого чрезмерного моего пожелания они даже смутились, представляя, это невозможным, так как по смете они едва надеялись вымыть золота никак не более 7 ½ пудов. Я же на это твердо и решительно сказал, что намоют одиннадцать пудов, если компания один пуд золота пообещает Богородице на соборный храм…

Тут и было выражено желание исполнить это. И действительно, компания вымыла золота более одиннадцати пудов и, конечно, возликовала благополучному началу своего дела, а я, приветствуя ее с этим, напомнил об означенном обещании, но под разными соображениями и под предлогом, что компании потребуется в настоящее де время затратить громадный капитал на рациональную обстановку приискового дела, просили меня отложить означенное пожертвование до более благоприятного для компании будущего. Напоминал я компаньонам и потом об этом долге, но напрасно…

Не знаю, исполнили ли они свое обещание пожертвовать Богородице на храм пуд золота по отъезде моем из Благовещенска, но знаю, что компания эта обрела неимоверное по богатству содержания золота свой прииск при р. Амгуне, притоке Амура, и стала вырабатывать сотни пудов золота высшего достоинства, вследствие чего компаньоны из бедняков – мелких тысячников стали миллионерами.

Казалось бы, при таких крупных капиталистах как не быть сооружену в г. Благовещенске на Амуре кафедральному собору, без посторонней помощи, по копеечным сборам с бедного крестьянства, но действительность представляет нередко, что и при несметном богатстве люди оказываются глухими к делам богоугодным и спасительным, к каковым первее и главнее всего относится сооружение св. храмов Божиих…

Понятен поэтому настоящий вопль Приамурского Преосвященного к благотворителям, хотя бы и беднякам, в которых всегда обретается чувство живой веры и благодарность за благодеяния Божии, какими пользуются в жизни, несмотря на их сравнительную ограниченность, и эта благодарность сердечно располагает их к пожертвованиям на богоугодные дела, по мере возможности.

И я искренно присоединяюсь к воплю Преосвященного и обращаюсь с сердечною просьбою к своей пастве, через отцов-иереев епархии о пожертвовании на сооружение кафедрального собора в г. Благовещенске, на Амуре, в память избавления его от истребления китайцами. Тем более, что в этом соборе находится чудотворная икона Божией Матери, именуемая «Слово плоть бысть» или по местному наименования Албазинская, которая чтится и в Самарской епархии почти всюду, как чудотворная и в копиях ея.

Дивными поистине чудесными судьбами остался этот святой град невредимым и особенно собор, как мне передавал очевидец, почтеннейший священник г. Благовещенска П. Б–ъ, заслуживающий полного доверия.
      • Сын прославленного сподвижника графа Николая Муравьева-Амурского, албазинского станичного атамана Романа Богданова.

 

      • Священник Константино-Еленинской церкви c. Константиновка в 1884-1885 гг.

 

  • Благочинный Верхнезейских церквей, член Благовещенского отделения епархиального училищного совета (1894), противосектантский миссионер (1897).

 

 

 

  • Член имп. Православного палестинского общества (1897), делопроизводитель Благовещенского Православного братства (1897-1898).

 

 

 

  • Ключарь Благовещенского кафедрального собора с 1899 по 1902 г., затем — священник новооткрытой Свято-Троицкой (Шадринской) церкви.

 

По его словам, китайцы все внимание сосредоточили на соборе, чтобы разрушить его и истребить огнем, почему и бомбардировали почти исключительно оный, но, Божиим смотрением и милостию Богоматери, бомбы или не долетали собора, разрывались над Амуром (артиллерия китайцев была расположена против собора на противоположной стороне Амура в 6-7 верстах), или перелетали через город, и только одну взорвало у собора, но без повреждения последнего, — лишь один небольшой осколок пролетел внутрь собора, чрез окно, и врезался в заклиросную икону святителя Иннокентия Иркутского.

Интересный рассказ передается в Благовещенске из уст самих китайцев, участвовавших в бомбардировке города.

Они говорят, как мне передавал означенный священник, «мы все усилия употребляли на то, чтобы разрушить собор, но нам не удалось достигнуть этого.

То нам казалось, что город и собор покрывала какая-то мгла или туман, так что не представлялось возможности прицеливаться.

То слышался шум колес и орудий, что наводило нас на представление о прибывшем к русским подкреплении в массе войска».

Китайские торговцы на берегу Амура
«Но всего удивительнее и поразительнее было для нас то, что во все время бомбардировки собора, стояла на берегу Амура Бабушка (китайцы бабушкой называют женщину) с ребенком на руках, красивая такая и высокая и смотрела на нашу сторону, и мы боялись, как бы не попала на Нее бомба.

Нам было жаль Ее, хотя некоторые из наших намеревались навести на Нее орудие, но страх и жалость удерживали их от этого»…

Если этот рассказ верен с действительностью, то, очевидно, под Бабушкой несомненно требуется разуметь Божию Матерь с Богомладенцем на руках, Которая молитвенным предстательством пред Богом за град и спасла его, как и дом Свой, кафедральный собор, от разрушения и истребления огнем…

По словам батюшки, сообщившего мне сказание о чудном видении Богоматери на берегу в описанном виде многие из благовещенцев слышали от разных китайцев, им знакомых. Стало быть, проверить действительность оного в свое время было нетрудно и, по проверке, на том месте, где видели китайцы стоящую Бабушку с Ребенком, т.е. Божию Матерь, следовало бы на память потомству и в назидание гражданам, что они обязаны своим спасением от истребления китайцами предстательству Богоматери, соорудить благолепную часовню. Предлагаю Консистории исполнить просьбу Преосвященного Приамурского.


Приказали: Резолюцию Его Преосвященства напечатать в Епархиальных Ведомостях, с тем, чтобы собранные по подписным листам суммы о.о. благочинные препровождали от себя непосредственно в Благовещенскую Духовную консисторию вместе с подписными листами, а Его Преосвященству, Преосвященному Гурию, сообщали бы в своих рапортах о количестве сумм, отосланных в Благовещенске, при чем о крупных пожертвованиях доносили бы Его Преосвященству, с поименованием жертвователей. На сем определении резолюция Его Преосвященства последовала таковая: «Исполнить».


Послесловие

Ильинская церковь-школа в Забурхановской слободе (эскиз)

В память о спасении Благовещенска от китайцев в начале XX века новый православный храм в городе все-таки построили.

На величественный каменный собор в честь Божией Матери средств местные золотопромышленники собрать отчего-то не смогли, зато возвели небольшую деревянную церковь за рекой Бурхановкой.

Ее в 1902 году освятил епископ Никодим (Боков). В выходные и праздники в Ильинском храме молились жители этого отдаленного района, «Забурхановской слободы» – крестьяне, ремесленники, чернорабочие, а в будни в этом же здании проходили уроки грамоты для их детей.

Интересно, что Ильинская церковь, возведенная в память о чуде Божией Матери, явленном, как утверждают очевидцы, именно по молитвам у Албазинской иконы, оставалась действующей дольше большинства храмов Благовещенска – до 1938 года.
Недостроенный Благовещенский кафедральный собор

Каменный Благовещенский собор в районе духовной семинарии (сейчас — территория ДальГАУ) так и не был закончен. В советское время его снесли.

Анастасия Юдина

Новый православный храм в честь Пресвятой Богородицы в столице Приамурья появился только в 2003 году. Его построили на пожертвования прихожан и предпринимателей. Сейчас это одно из главных украшений Благовещенска.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.